Нажмите "Enter", чтобы перейти к контенту

Сбербанк стал слишком жадным

Обострилось противостояние между Центробанком и Сбербанком. Пожалуй, можно констатировать, что Эльвира Набиуллина окончательно сбросила шлейф многолетней подчинённой Германа Грефа, но признать её начальницей Герман Оскарович решительно не готов.

Мельников Михаил.

Кто есть кто

Немного формальностей. Эльвира Набиуллина, ранее не раз работавшая заместителем Германа Грефа на разных постах, возглавляет Центробанк (Банк России). Герман Греф – президент, председатель правления Сбербанка. Сбербанком России на 50% + 1 акцию владеет Центробанк. Но это владение – ущербное: так, например, соответствующую долю дивидендов «Сбер» перечисляет в бюджет России, а не в закрома Центробанка.

В свою очередь, ситуация с Центробанком также двойственная: по букве закона он России не принадлежит, поскольку «не отвечает по обязательствам Российской Федерации и Российская Федерация не отвечает по обязательствам Банка России». В то же время главу Центробанка утверждает Госдума по представлению президента, и отчитывается глава, опять же, перед Госдумой и президентом.

Между тем денежные расчёты не терпят двусмысленности. Экономист Валентин Катасонов полагает, что в реальности ЦБ находится под управлением Всемирного банка и ФРС США, и надо сказать, что аргументация у него очень убедительная. Он также приводит в пример Китай, который напрямую контролирует собственный Центробанк и, соответственно, распоряжается курсом национальной валюты и эмиссией в интересах страны без туманных ссылок на какие-то международные обычаи и правила.

Наперегонки с «Яндексом»

25 ноября Центробанк России опубликовал прекрасный документ под названием «Подходы Банка России к развитию конкуренции на финансовом рынке» с опасливым пояснением «Доклад для общественных консультаций». Чтобы не подумали, что доклад может иметь какие-то организационные последствия.

Само название доклада носит ярко выраженный конфликтный характер. Подход Банка России к конкуренции стал понятен еще в 2013 году, когда началась массовая зачистка рынка. За шесть лет лицензию потеряли более 50% банков, многие – с весьма туманными объяснениями. Огромные деньги были выведены из экономики в пользу неизвестных лиц – при отзыве каждой лицензии тысячи совершенно непричастных к этому организаций теряли свои расчётные счета, лишались возможности вести деятельность и даже выплачивать зарплату.

Понятно, что постепенно люди поняли: доверять можно только трём-четырём банкам с преимущественно государственным участием плюс, до поры до времени, «Альфе». Так образовалась монополия Сбербанка, которую внезапно обнаружил изрядно потрудившийся для её формирования Центробанк.

Собственно, сама эта констатация в духе Капитана Очевидность никого бы не удивила, но в тексте присутствуют также упоминания о том, что некоторые финансовые структуры слишком увлекаются созданием экосистем, размывающих основное предназначение банка.

Понятно, в чей огород камень – за последние годы Сбербанк потратил не менее миллиарда рублей на покупку непрофильных или «полупрофильных» активов. Тут и виртуальный оператор связи, и сервис заказа такси, и доставка еды, и медицинский проект, и веб-кинотеатр, и риэлторская деятельность, и, конечно, электронная коммерция. Эффективность этих вложений невелика: популярность «Яндекс.денег» снижается, «Ситимобил» не может конкурировать с тем же «Яндексом», маркетплейс «Беру!» влачит жалкое существование. При этом заметно сближение «Сбера» с тем же «Яндексом» – практически везде они выступают как конкуренты и/или партнеры, и знаменитый поцелуй курьеров Delivery и «Яндекса» наиболее точно символизирует отношения структур Грефа и Воложа.

Таким образом, в очень мягкой форме Центробанк предупредил банки об опасности выстраивания слишком сложной экосистемы, а тем более подмены собой государственных функций.

При чем тут «Гугл»?

Герман Греф немедленно отреагировал на агрессию:

В 2018 году практически все крупные компании, в том числе Google, Facebook и Amazon, получили банковские лицензии. Если нас перерегулируют или Центральный банк скажет: «Ребята, это неверная концепция, оставайтесь банком…», – к сожалению, через какое-то количество лет им придётся заняться регулированием хайтек-гигантов в части банковской деятельности.

То есть Греф считает создание многопрофильных гигантов единственным способом противостоять давлению со стороны других многопрофильных гигантов.

Между тем развитие экосистем как способ противостоять внешним угрозам – идея весьма оригинальная. Автор этих строк плотно работал с таксопарками в момент, когда «Яндекс» заинтересовался этим рынком. «Ребята, продавайте что можно и разбегайтесь» – это был единственный разумный совет, и, к счастью, многие наши друзья им воспользовались.

А ведь можно было, по Грефу, создавать экосистемы. Например, попытаться написать собственные поисковики. Или собственные системы расчётов. Или открыть сеть ресторанов, к которым подпускали бы только такси определённых парков. Или потратиться на лоббирование в Госдуме, купив пару минут внимания депутата какой-нибудь лакейски-демагогической партии России.

Нет, люди сделали совершенно правильный выбор. Потому что сопротивляться ещё даже не очень ясному проекту со столь мощной рекламной платформой было решительно невозможно, и телёнок не стал бодаться с дубом.

Глава Сбербанка Герман Греф.

Точно так же не смог бы бороться Сбербанк с Facebook (и многие американские банки в обозримом будущем пойдут ко дну), если бы не одно обстоятельство: деятельность иностранных юридических лиц в финансовой сфере России запрещена. То есть прикрывать свою многопрофильность лицензией Google совершенно бессмысленно, это бузина в огороде и дядька в Киеве. Американские гиганты ничем не угрожают российскому бизнесу Сбербанка.

Сбербанк не тем занят

Все последние годы Сбербанк последовательно наращивает прибыль при одновременном снижении уровня жизни населения страны, где он – ярко выраженный монополист. Что ж, Герман Греф – исключительно талантливый менеджер. Если бы он был хозяином или гендиректором частного банка, контролирующего 3,86% рынка банковских услуг в России, мы бы восхищались его энергией и ставили его в пример остальным.

Но государство, живущее на деньги граждан, не может, не имеет права быть коммерсантом по отношению к этим самым гражданам. Мы уже платим налоги, акцизы, пошлины, взносы и сборы. Перечислять немалые деньги ещё и за услуги государственных же структур – кажется, некоторый перебор. Задача государственного банка – снижать цены на своём рынке, тянуть стоимость работы и маржу частных конкурентов вниз, обеспечивать доступность кредитов и выгодность депозитов. Ибо прямая обязанность государства, забирающего себе уже треть ВВП страны ежегодно, – сделать так, чтобы люди жили хорошо.

Сбербанк делает наоборот.

Время перемен

Если Набиуллина недовольна Грефом, формально она может инициировать внеочередное собрание акционеров с требованием смены руководства. Но на это у неё, образно говоря, тестикул не хватает, тем более что организационные отношения между банками, повторимся, ущербные и двусмысленные. Именно эта неопределённость и помогает Центробанку исполнять указы Всемирного банка, а Сбербанку – работать в интересах американских фондов, скупивших порядка 40% его акций и, в отличие от ЦБ, реально старающихся влиять на управление, а не стоящих в позе повара, угрожающего коту.

Набиуллина вышла из-под влияния Грефа, за что ей честь и хвала. Следующий этап – выйти из-под влияния мужа, уволить Грефа и сделать Сбербанк по-настоящему народной сберегательной кассой. Или попросту закрыть с выдачей всех накопленных им активов вкладчикам.

Источник

Будьте первым, кто оставит комментарий!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Mission News Theme от Compete Themes.