Нажмите "Enter", чтобы перейти к контенту

Народ,власть, политика

Преступление и оправдание. Есть ли в политике смертные грехи?

У всякого государственного деятеля есть, разумеется, публичные поклонники: искренние, промышляющие всякую выгоду, а также совмещающие обе эти стати. Они называют своего кумирам самым умным, нравственным, полезным родине и защищают от любых нападок оппонентов. Ну, вы все это много раз слышали – например: «Если не Путин, то кто?» Есть Путин – есть Россия!» И так далее…

И вдруг оказывает, что на Солнце – пятно. То есть правитель совершил поступок, отрицать который невозможно – и назвать добрым тоже. Как реагируют его поклонники на это? Я бы тут выделил четыре основные модели, которые носят универсальный характер, используются людьми с любыми политическими взглядами в отношении любых правителей.

Итак, допустим, политическая обстановка крайне обострилась, оппозиция лютует – и правитель отдал приказ о расстреле мирной демонстрации. Вот самые типичные виды защитной реакции.

1. Отрицание. Попытки либо уменьшить масштабы события, либо снять с правителя ответственность за него. «Число убитых высосано из пальца, выдумано пройдохами-журналистами. Если им верить, там чуть ли не полгорода положили. Да и вообще, это все вина исполнителей, сам Он имел в виду, что надо пару раз пальнуть в воздух».

2. Одобрение. Признание справедливости информации – и полное оправдание действий правителя. «И правильно, что расстрелял. Там одни провокаторы были. Зато пресек смуту в зародыше. Если бы не расстрел, в итоге пролилось бы куда больше крови».

3. Нормализация. Рассмотрение события как печального, но абсолютно нормального для своей эпохи факта. «Такие расстрелы бывали во всех странах. А в государстве Х, например, оппозиционеров не расстреливали, но бросали в тюрьму, где они умирали от туберкулеза и тифа. Чем это лучше? Гуманнее сразу пристрелить, честное слово».

Читайте также:  Сергей Михеев рассказал, почему Никол Пашинян не может игнорировать «российский фактор»

4. Противопоставление. Событие признается, но ему противопоставляются гораздо более значимые, с точки зрения поклонника, заслуги правителя. «Да, демонстрацию Он расстрелял. Зато благодаря Ему ввели поголовную вакцинацию. На одной чаше весов – сотня убитых, на другой – сотни тысяч спасенных от смертельных эпидемических болезней. Что важнее?»

Естественно, в каждом конкретном случае эти модели могут сочетаться друг с другом в любых комбинациях (иногда даже внутренне противоречивых).

И я здесь не рассматриваю проблему реального веса этих оправданий. Число жертв действительно бывает завышенным, сама практика – распространенной, а вопрос о том, допустимо ли спасти жизнь десяти человек ценой жизни одного, до сих пор не имеет однозначного ответа.

Главное – в другом. Что в нынешнем политическом поле критерии добра и зла исчезли полностью. Воцарил принцип: «Кому скоромно, а нам – на здоровье!» Убедить в чем-то оппонента невозможно в принципе. Кто считал Грудинина спасителем Отечества – будет считать его таковым вопреки любым фактам: «Ясен пень, враги клевещут!» Кто молился на Николая Второго, для тех Ленский расстрел и Кровавое воскресенье – целиком укладываются в приведенные выше 4 пункта.

И только Путин, 18 лет пользовавшийся любовью большинства, кажется, выбился слегка из этой схемы. Пенсионная реформа все-таки заставила многих изменить к нему свое отношение. Впрочем верных поклонников, которые взахлеб оправдывают его любые действия, еще в запасе много. И для них не оскудеет рука дающая…

 

По материалам navlasov

Источник: https://publizist.ru/

Mission News Theme от Compete Themes.