ДЕЯТЕЛИ БЕСКУЛЬТУРЬЯ. В ЧЕМ ПРИЧИНА ВЫПАДОВ БИЛЬЖО, РАЙКИНА, АХЕДЖАКОВОЙ И ДРУГИХ?

Почему, так называемые, деятели российской культуры регулярно и по очереди делают резонансные политические выпады против власти и народа? Недавно — Бильжо, Сокуров, Миронов, Райкин; раньше — Улицкие, Акунины, Райхельгаузы, Макаревичи, Ярмольники, Ахеджаковы…

Заметьте, самые обласканные девяностыми, самые «заслуженные» и «награжденные».

Потому что, поддавшись антисоветскому настроению толпы́, искусственно созданному при Горбачеве, они попали под влияние западных кураторов и прозападных модераторов, захвативших право распоряжаться, кого изгнать из профессии, а кого оставить или возвысить в обмен на поддержку ельцинского «цветного» переворота. После чего получили задание методично дискредитировать, уничтожать историю достижений и побед СССР и России в области культуры, науки, политики…

Такая сделка с совестью в виде принудительной смены мировоззрения ради материального и карьерного благополучия закончилась социальным помешательством. Это помешательство заставило ненавидеть все, что напоминает об их бесчестии и предательстве, и агрессивно бояться всего, что может способствовать восстановлению порядка и уничтожению системы культурного разложения, приносящей им доход.

Но дело не в этих исполнителях, а в заказчиках Нравственного убийства страны (мы уже писали об этом в статье «О нравственном убийстве: как власти США с помощью „свободы слова“ уничтожают другие народы»). Именно они управляют в России этим сложным процессом, одним из множества приемов которого является очередность хамских выпадов пешками либерализма.

Чтобы пешки не казались пешками себе, власти и обществу, их наградили должностями, званиями и премиями всевозможных конкурсов и фестивалей, в том числе, международных, которые были предусмотрительно «приватизированы» заказчиками Нравственного убийства для этих целей.

И вот пешки уже не просто пешки, а заслуженные деятели бескультурья, мэтры бездарного кино и телевидения… Теперь можно пускать их в ход, ведь к ним прислушиваются, их приглашают в Кремль. И отказаться нельзя, надо отрабатывать материальный и карьерный успех, выданный за вступление в партию Пятой колонны.

Для чего все-таки нужна эта очередность? Бильжо, Сокуров, Миронов, Райкин…

1) Создавать видимость недовольства «широкой общественности» действиями власти.

2) Поддерживать в российском информационном пространстве ощущения хронического отсутствия четкой линии власти по защите своих героев и патриотических ценностей. Целью чего является перманентное внедрение в сознание, в первую очередь молодежи, убеждения в отсутствие у России оснований на историческую, политическую и нравственную правоту.

3) Также пешки прикрывают теневых управленцев или отвлекают внимание движением на фланге. Не исключено, что они в последнее время играли роль отвлекающих внимание патриотической общественности от чего-то более важного, например, копания Михалковым под Ельцин центр. Это может говорить только о том, что оный центр является одним из ключевых звеньев в Нравственном убийстве России, для защиты которого можно пожертвовать сотню «заслуженных» пешек, и не только.

Вероятно поэтому очередному Миронову досталась роль профилактической нападки на Президента за якобы возникшую «тенденцию возвращения к цензуре». Понятно, что Миронову «сказали», о чем надо говорить с Путиным, да он и сам был согласен с заданием, т. к. он и ему подобные могут потерять работу и хапнутую в 90-х славу, в случае возврата контроля за качеством нравственного продукта.

Впрочем, обвинение власти в цензуре, которая напротив, вопреки чаяниям людей, потакает вседозволенности в культуре, можно объяснить только страхом самих Мироновых и Райкиных не быть обвиненными в реально осуществляемой 25 лет либеральной цензуре, агрессивно преграждающей путь талантливым драматургам, режиссерам, актерам…
Еще в беспокойстве Миронова по поводу возможной тенденции возвращения к цензуре, на фоне циничного игнорирования возмущения граждан содержанием театральных спектаклей и других «полуфабрикатов» современной «культуры», есть параллель с политическим приемом Запада, выраженным заботой об «умеренных» террористах в Алеппо, на фоне игнорирования их зверств, реальных проблем миллионов мирных жителей и вклада России в главную локальную победу над террором.

Сокуров же вытянул «билет» с заданием защитить украинского преступника, осужденного за подготовку теракта. Он не просил Президента помиловать бандита (причем не простого нарушителя законности и порядка, но убежденного врага России, не раскаявшегося в своем деянии), а умолял (с подсказки, конечно), в расчете на его отношение к религии.

Аргументы Сокурова были столь несостоятельны, что объясняли причину, почему его фильмы никому не интересны.

Первый аргумент: преступник — творческий человек. Как будто это может быть привилегией. Только заслуги перед отечеством могут быть смягчающим обстоятельством в тяжелых случаях. Занятие творчеством не является такой заслугой. Но Сокурову мало помиловать бандита, он хотел бы вернуть его в профессию и в дальнейшем готов «сражаться» с ним на конкурсах и принимать как равного, пожимать руку.

Господин мэтр неинтересного кино не способен понять, что «творческий терроризм» имеет гораздо более разрушительные последствия (жертвами которого все мы являемся), чем отдельный взрыв. Сам осужденный тоже стал жертвой «творческого терроризма» украинских политиков и телевизионщиков.

Кстати, Сокуров сам признался (проговорился) Президенту, что ему стыдно за свое и себе подобных творчество: «Нам никогда не было стыдно за советское кино и не будет стыдно за кино, которое сегодня создается, которое будет в будущем». Режиссер случайно, но уместно, пропустил 25 лет истории провала российского кинематографа. Именно за этот провал он и другие получали награды.

И если кто-то называет Сокурова режиссером с «мировым именем», то мы не должны обманываться, мы должны понимать, что он получил это свое «имя» по тем же политическим причинам, по которым сегодня так называемый «мир» планомерно лишает наших спортсменов доброго имени.

Второй его аргумент: «эмоциональный молодой человек» не мог разобраться в «сложнейшей политической коллизии». За этим аргументом явно прослеживается семантическая технология организаторов «цветных» переворотов по всему миру. Параллель очевидна — украинские «онижедети». vk.com/anti_maydan В отличие от сокуровского подопечного террориста, «онижедетям» позволили довести задуманное до конца — мы знаем, к каким страшным последствиям это привело.

Уверенность в том, что все эти параллели не случайны и являются продуктом одного центра (штаба), подкрепляется анализом их схожести и количества. Например, «голосуй сердцем» — значило, голосовать за Ельцина, а выборщикам в США навязывали голосование за Клинтон слоганом — «голосуй по совести». «Украина без Кучмы» — «Трамп — не мой президент» и т. д. и т. д. Между этими событиями прошло много времени, но заказчики и технологии те же.

Из всего этого следует, что в России существует необходимость создания мощной общественной или государственной структуры, которая должна вести системную борьбу с либеральной идеологией бездарности и произвола в культуре, постоянно разоблачать речевые уловки и смысловые приемы информационной войны, которая должна поддержать Михалкова и вцепиться в Рейхстаг русофобии — «Ельцин центр», и не ослаблять хватку, пока его не перепрофилируют в «Музей экономических и нравственных репрессий», приведших к миллионным жертвам.

Павел Гортаков

Источник http://sovsojuz.mirtesen.ru

Комментирование и размещение ссылок запрещено.

Комментарии закрыты.

(3),
(4) Яндекс.Метрика